Воробьев И.

Русский авангард и творчество Александра Мосолова 1920–1930-х годов

Книга посвящена анализу эволюции русского Авангарда, а также вопросам взаимодействия данной художественной традиции и творчества выдающегося советского композитора Александра Мосолова (1900–1973). В исследовании рассматривается широкий круг проблем, связанных с определением характерных черт авангардистского искусства и их отражением в особенностях музыкального языка и драматургии произведений Мосолова 1920–1930-х гг.

Белякаева-Казанская Л.

Силуэты музыкального Петербурга. Путеводитель по музыкальным театрам, музеям и концертным залам прошлого и настоящего

Издание второе, исправленное и дополненное

De Musica. Фрагменты старых трактатов из собрания XXVI Магистра Музыки, заново скомпонованные им самим в подражание мастерам прошлого и пересказанные в переводе его подмастерьем в духе свободных фантазий и новейших теорий

Сати Эрик, Ханон Юрий

Воспоминания задним числом

Книга объёмом почти в 700 страниц не случайно имеет двух авторов: она написана в провокационной и свободной форме. В неё вошли все литературные произведения, критические статьи, заметки и даже записные книжки Эрика Сати, а также почти все письма, более шестидесяти рисунков и вся его жизнь, от рождения и до смерти. Это первая книга Сати и о Сати, вышедшая на русском языке.

Давид Ойстрах. Воспоминания. Статьи

Мартынов Владимир

Автоархеология. 1952–1972

Дар пребывания в реальности естественно присущ каждому человеку в детстве. Почему же взрослым, несмотря на все их стремление, почти никогда не удается прорвать серую плоскость существования?

Уваров Сергей

Музыкальный мир Александра Сокурова

«Музыка для меня - самое сказочное, самое свободное, самое таинственное, самое искусное искусство...», - говорит самый  музыкальный режиссер современности Александр Сокуров. Из музыкальных произведений у него рождаются целые фильмы, а звуковой образ нередко становится ключевым элементом всей картины.

Берберова Н.

История одинокой жизни. Чайковский. Бородин

Кое-кто смотрит на Бородина как на раритет, настоящее совершенство: счастлив, красив, учен и талантлив… Петр Ильич Чайковский, говорят, очень несчастлив, и Бородин внушает ему любопытство именно своим равновесием…
Оба обмениваются вежливыми словами, улыбаются друг другу, снимают друг перед другом шляпы. «Дилетант», — думает про Бородина Чайковский; «клинический элемент», — думает про Чайковского Бородин.

Хоуп Д.

Когда можно аплодировать? Путеводитель для любителей классической музыки

Уникальное пособие для неофитов, оказавшихся в концертном зале. Ведь не секрет, что именно там, где можно насладиться классической музыкой в живом исполнении, иные чувствуют себя неуютно. Знаменитый скрипач Дэниел Хоуп постоянно сталкивается на своих концертах с многочисленными вопросами слушателей. Почему инструменты настраивают по тону гобоя? Почему музыканты играют то по нотам, то без них? Что делает скрипач, когда у него рвется струна? И кто, собственно, решил, что между частями симфонии не положено аплодировать?

Рави Шанкар

Моя музыка — моя жизнь

Эта музыка не очень привычна для европейского уха, но в ней есть что-то завораживающее. Она словно открывает параллельную Вселенную. Имя индийского музыканта и композитора Рави Шанкара известно не только искусствоведам и знатокам Востока, но и поклонникам «Битлз». У него учились играть на ситаре участники знаменитого квартета. Этот тот самый друг, о котором поется в песне Джорджа Харрисона «Бангладеш». Маэстро индийского ситара, обладатель многочисленных музыкальных наград (в том числе двух премий «Грэмми»), почетный член Американской Академии Искусств написал автобиографическую книгу «Моя музыка, моя жизнь».

Индийская музыка становится ближе и понятнее, если прочитать эту книгу. В ней, например, объясняется, что такое рага — ключевое понятие в индийской музыке. 
«Когда посредством контроля над собой и внутренней концентрации, я, наконец, ухожу в себя, отрешаясь от окружающей обстановки, я вступаю в мир раги с чувствами почтительного смирения и благоговения. Для меня рага подобна живому существу, и чтобы установить отношение близости и единства между музыкой и музыкантом, не следует спешить. Но когда это единство достигнуто, наступает самый упоительный момент восторга, который можно сравнить разве что с высочайшими вершинами любовного переживания или духовного воспарения... Это то же самое, что чувствовать Бога».